Экспертизы сделкоспособности в судебных процессах

17.12.2016

Судебные процессы, связанные с экспертизами дееспособности, всегда интересные. Если экспертизы еще и посмертные, то есть проводящиеся в отношении уже умершего лица, то такие процессы еще и достаточно сложные. Готовить документы к ним большая, трудоемкая работа. Я веду сейчас два таких процесса, и, скорее всего, возьмусь еще за один, поэтому решил немного обобщить уже имеющийся материал. Публикую несколько решений, по которым процессы уже выиграны. Все эти решения вступили в законную силу. Может быть, кому-то пригодится мотивировка. 

В первом деле моя задача была сохранить сделку, в двух других - разрушить. 

Последнее, четвертое дело, вообще удивительное. Там нужно было сохранить сделку, хотя уже имелось решение, что подэкспертный был несделкоспособен (пьян), и не понимал значение своих действий. И представляете, тоже удалось выиграть. Получилось, что мужчина одновременно подписал несколько документов. Завещание, которое он написал на риелтора, мы оспорили, и суд его отменил. При этом доверенность, подписанную им в тот же самый момент, в суде удалось отстоять. 

Это были трудные процессы, и мне приятно вспоминать, что по ним я смог выиграть.

Наша судебная система далека от совершенства, но такие решения, как эти, демонстрируют, что есть честные судьи, неподкупные эксперты, и не важно, с кем ты судишься - с местной риелторской фирмой или с мэрией города. Если правда за тобой, ты победишь. 

Вот эти решения.

Подборку буду понемногу дополнять. 



1.

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 октября 2014 года Комсомольский районный суд г. Тольятти Самарской области в составе:

председательствующего судьи Бугарь Г.А.,

при секретаре Адыгезаловой О.С.,

с участием представителя истца Савинова В.В. – Рейнер О.С-В. (по доверенности),

представителя ответчика Турковой М.В. и соответчика Туркова А.В. – Граната М.А. (по доверенности),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-1164/2014 по иску Савинова В.В. к Турковой М.В. и Туркову А.В. о признании недействительной доверенности выданной для совершения действий, о признании недействительным договора дарения заключенного 05.02.2009 года и применении последствий недействительности сделки,

У С Т А Н О В И Л :

Истец Савинов В.В. обратился в суд с иском к ответчику Турковой М.В. и просил суд признать недействительной запись в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним о государственной регистрации права собственности на квартиру по адресу: ...., за № ... от 16.02.2009 года на основании которой Туркова М.В. является собственницей жилого помещения. Обязать ответчицу возвратить недвижимое имущество в виде 1/2 доли в квартире по адресу: ....

Затем уточнив свои исковые требования истец Савинов В.В. просил суд признать недействительной доверенность, выданную им – Савиновым В.В. Туркову А.В. под влиянием обмана со стороны ответчицы Турковой М.В. на регистрацию правоустанавливающих документов, договора, перехода права и права общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: .... получение правоустанавливающих и регистрирующих документов, подготовки и получение документов на отчуждение, заключение договора дарения 1/2 доли в вышеуказанной квартире. Признать недействительным договор дарения от 05.02.2009 года, заключенный от имени Савинова В.В. Турковым А.В. на основании вышеуказанной доверенности. Применить последствия недействительности сделки.

Представитель истца Савинова В.В. – Рейнер О.С-В. в судебном заседании пояснила, что на основании свидетельства о праве на наследство по закону от 27.02.2007 года, удостоверенного нотариусом г.Тольятти истец является собственником 1/2 доли в праве общей долевой собственности квартиры, расположенной по адресу: ..... В указанной квартире истец зарегистрирован по настоящее время, ответчица же зарегистрирована по месту своего жительства. После смерти матери Савиновой В.И., умершей ... года истец стал злоупотреблять спиртными напитками. Ответчица, являясь истцу родной, старшей сестрой, которой он безоговорочно доверял во всем, ввела его в заблуждение, воспользовалась его доверие, вынудила совершить оспариваемые нотариальные действия. После чего, принудительно выселила истца из квартиры, в связи с чем, он оказался на улице. Ответчик воспользовалась бедственным положением истца, ввела его в заблуждение, вероятно, пообещав, что он будет постоянно проживать в жилом помещении, расположенным по адресу: .... Очевидно, что ответчица, не надеясь на то, что Савинов вернется к нормальной жизни, выбрала момент, когда он был более или менее трезв и настояла на том, чтобы истец выдал доверенность на имя своего племянника Туркова А.В. для последующего заключения оспариваемого договора дарения. Ответчица Туркова подстраховала себя данной доверенностью, пообещав Савинову взамен выдачи таковой, предоставить право проживания в своей однокомнатной квартире по адресу: ...., о чем свидетельствует ее нотариальное согласие, а так же проект мирового соглашения, имеющиеся в материалах дела. Савинов длительное время проживал на улице, был вынужден ночевать в подвале, без средств к существованию, документов. Истец, безусловно доверял ответчице и во всем ее слушался. 1/2 доля в спорном жилом помещении является единственным жильем истца, он в нем зарегистрирован, а в результате противоправных действий ответчика, в случае его продажи, вновь окажется на улице. Истец помнит обстоятельства своей жизни лишь с 2011 года, после прохождения лечения в наркологическом диспансере, события же с 2006 по 2011 года он не помнит в силу алкоголизма. Более того, имеется выписка из протокола ВК № ..., датированная 09.06.2014 года, которой подтверждается, что с мая 2011 года истец состоит на учете в ГБУЗ «Тольяттинский наркологический диспансер» с диагнозом зависимости от алкоголя 2 степени, а так же, что у него имеется заболевание в виде энцефалопатии (слабоумие). Просит суд удовлетворить заявленные исковые требования с учетом их уточнения.

Представитель ответчика Турковой М.В. и соответчика Туркова А.В. – Гранат М.А. суду пояснил, что иск не признает в полном объеме, поскольку действия истца выглядят последовательными и логичными: он совершал действия в нотариальной форме в той последовательности, в которой делал бы это человек трезвый и адекватный. В реестре нотариальных действий не все сделки истца идут за последовательными номерами, то есть действия истца были отдалены друг от друга по времени, в течение которого истцу разъяснялись последствия его действий и истец знакомился с подписываемыми текстами. К доводам иска относится критически, так как сделкоспособность истца проверялась нотариусом при совершении каждого из названных нотариальных действий, в том числе при совершении действия с записью в реестре за № .... Истец утверждает, что из пяти совершенных нотариально удостоверенных действий он не понимал значение своих действий только при совершении действия с записью в реестре № ..., а иные сделки истец не оспаривает. Таким образом, истец не ставит под сомнение то обстоятельство, что понимал значение своих действий и мог ими руководить при выдаче двух доверенностей на имя Турковой М.В. и при написании заявления о снятии-постановке на регистрационный учет. Соответственно, если согласиться с доводами истца о том, что в момент совершения оспариваемой сделки он находился в состоянии опьянения или абстиненции, то неясна позиция истца относительно иных нотариальных действий, совершенных им в этот же день. Кажется сомнительным, что между совершением в реестре записей № ... и ... истец успел протрезветь. Скорее, он вовсе не был пьян. Материалами дела не подтверждена алкоголизация истца именно с 2006 г., так как в справке наркологического диспансера указано, что истец поставлен на учет в 2011 г. Сведений об алкоголизме истца в 2006 г. не представлено. Более того, так как, согласно медицинской справке истец страдает алкоголизмом с 2011 г., вполне логичным выглядит его уход в монастырь именно в 2012 г. Заявляя о своей алкоголизации с 2006 г. истец не обращает внимания на то обстоятельство, что в 2006-2007 годах он принимал наследство по закону, что подтверждается свидетельством о праве на наследство по закону от 21.02.2007 г.

Таким образом, истец, заявляя о своей недееспособности, якобы наступившей с момента смерти его матери, очень избирательно подходит к недействительности совершенных им сделок. Получается, что принять наследство он мог, и в это время значение своих действий понимал, но распорядиться им в дальнейшем возможности не имел, хотя, по заявлению истца, он весь этот период злоупотреблял алкоголем. Оспариваемая истцом доверенность сама по себе права истца не нарушает, и нарушать не может. Более того, в иске не указано, как именно совершенная доверенность на ответчика нарушила права истца. Между тем действия ответчика, совершенные по доверенности от истца, последним не оспариваются. Действия нотариуса, якобы удостоверившего сделку человека, находившегося в состоянии опьянения, истцом также не оспаривались и не оспариваются. На основании изложенного, просят в иске отказать в полном объеме.

Суд, выслушав объяснения сторон, изучив материалы дела, оценив юридически значимые обстоятельства, дав надлежащую правовую оценку представленным сторонами доказательствам, пришел к выводу, что исковые требования Савинова В.В. не подлежат удовлетворению, по следующим основаниям:

Согласно ст.56 ГПК РФ обязанность доказывания возлагается на стороны, основу распределения обязанности по доказыванию составляет предмет доказывания, каждое участвующее в деле лицо доказывает определенную группу обстоятельств в предмете доказывания, определяемую основанием его требований или возражений.

Основу распределения обязанности по доказыванию составляет предмет доказывания, поскольку именно основания требований и возражений сторон влияют на его формирование. Невыполнение обязанности доказывания приводит к вынесению решения в пользу стороны, доказавшей обстоятельства, на которые она ссылалась.

В соответствии с положениями указанных выше статей, истцом не представлена совокупность доказательств, позволяющая удовлетворить его требования по следующим основаниям:

Нормы ГК РФ в редакции Федерального закона №100-ФЗ от 07.05.2013 года о внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела 1 части первой и статью 1153 части третьей ГК РФ об основаниях и о последствиях недействительности сделок (ст. 166-176, 178-181) применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу настоящего закона согласно ч. 6 ст. 3 данного закона.

В связи с чем судом при рассмотрении дела применяются нормы действующие до введение в действие данного закона.

Согласно ч. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц.

В соответствии с ч. 2 ст. 218 Гражданского кодекса РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Судом установлено, что истец Савинов В.В. и ответчик Туркова М.В. являются родными братом и сестрой.

Согласно свидетельства о праве на наследство последние вступили в наследство после смерти матери С.В., умершей ....

Стали собственниками трехкомнатной квартиры по адресу: ...., каждый по 1/2 доли в указанной квартире.

Согласно представленного ответа от нотариуса Овчинниковой Н.М. следует, что Савинов В.В. 06.08.2007г. выдал доверенность Туркову А.В. (племяннику) для получения документов для отчуждения, для оформления дарения Турковой М.В. 1/2 доли в праве общей долевой собственности с правом заключения и подписания договора дарения. И в этот же день последним еще выдано 4 доверенности.

Из содержания ст. 178 ГК РФ (в редакции, действующей на дату заключения спорного договора дарения) следует, что сделка, совершенная под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения. Существенное значение имеет заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению. Заблуждение относительно мотивов сделки не имеет существенного значения.

Савинов В.В. выдал Туркову А.В. доверенность, уполномочив тем самым последнего подарить указанную выше квартиру Турковой М.В. При этом указанная выше доверенность после установления личности и проверки дееспособности Савинова В.В. была удостоверена нотариусом Овчинниковой Н.В. г.Тольятти Самарской области за номером .... Действуя на основании указанной выше доверенности Турков А.В. от имени Савинова В.В. в 2009 году заключил с Турковой М.В. договор дарения квартиры, расположенной по адресу: ...., на основании которого за ответчиком в установленном законом порядке было зарегистрировано право единоличной собственности на нее.

В ходе судебного заседания истец прямо указал на то, что добровольно выдал доверенность на право заключения спорного договора дарения. Выдавать данную доверенность его никто не заставлял. При подписании указанной выше доверенности присутствовал нотариус, который разъяснил ему его права, а также то, что доверенность дается на дарение. Ознакомившись с доверенностью, истец в ней расписался. Истец не отрицает, что доверял во всем своей сестре.

При этом, как следует из материалов дела, указанная выше доверенность в установленном порядке истцом не отменялась и не оспаривалась им в течении двух лет после написания доверенности и после заключения спорного договора дарения в течении 5 лет.

В соответствии со ст. 54 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате нотариус обязан разъяснить сторонам смысл и значение представленного ими проекта сделки и проверить, соответствует ли его содержание действительным намерениям сторон и не противоречит ли требованиям закона.

На основании ст. 44 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате содержание нотариально удостоверяемой сделки, а также заявления и иных документов должно быть зачитано вслух участникам.

Доказательств того, что нотариусом нарушены положения данных норм, не представлено.

Стороной истца суду не было представлено относимых и допустимых доказательств того, что при выдаче доверенности на заключение спорного договора дарения, Савинов В.В. в действительности желал наступления иных правовых последствий, нежели чем безвозмездное отчуждение в пользу ответчика принадлежащей ему 1/2 доли жилого помещения.

Тогда как в данной доверенности прямо указано, что Турков А.В. вправе подарить ответчику квартиру по адресу: .... не содержит иных правомочий, в том числе не предусматривает права представителя заключать от имени Савинова В.В. какие-либо иные договоры.

Намерение истца произвести именно безвозмездное отчуждение жилого помещения в пользу ответчика свидетельствует о том, что со стороны истца отсутствовало заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможности его использования по назначению.

При заключении оспариваемых сделок воля и волеизъявление Савинова В.В. выражены и направлены на достижение именно того результата, который достигнут подписанием доверенности и договора дарения квартиры, который он имел в виду.

При этом, Савинов В.В. был осведомлен о природе доверенности и договора дарения, который направлен на переход права собственности спорной квартиры к одаряемому, соответственно, он как собственник 1/2 доли жилого помещения распорядился им по своему усмотрению, реализовав предусмотренные законом права.

При этом суд принимает во внимание, что спорный договор полностью исполнен сторонами. Так, ответчик дар принял, зарегистрировал свое право в Управлении Федеральной регистрационной службы по Самарской области.

Истец при оформлении доверенности знал, на какие действия уполномочивает Туркова А.В. и в доверенности четко указана воля дарителя, предмет договора дарения и кому следует подарить квартиру.

Кроме того, Савинов В.В. с 2007 года не оспаривал совершенные действия, осознавал юридические последствия по выданной доверенности и договора дарения, желал их наступления.

Истцом не были представлены доказательства того, что действия ответчика при заключении договора были направлены на обман, материалы дела не содержат доказательств недостоверности сведений, представленных истцу, и сознательного формирования ответчиком у истца на момент совершения оспариваемой сделки неправильного, ошибочного представления о ней.

При таких обстоятельствах суд исходит из того, что при заключении договора воля истца была определенно выражена и направлена на достижение именно того результата, который был достигнут подписанием договора и который он имел в виду. В рассматриваемом случае действия ответчика нельзя квалифицировать как обман. В связи, с чем требования истца признаются не подлежащими удовлетворению.

Кроме того, в этот же день Савиновым В.В. выданы еще 4 доверенности на имя Турковой М.В. для снятия его с регистрационного учета с адреса .... и регистрации по адресу ....

В соответствии с ч. 1 ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ст. 574 ГК РФ договор дарения движимого имущества должен быть совершен в письменной форме в случаях, когда: дарителем является юридическое лицо и стоимость дара превышает три тысячи рублей; договор содержит обещание дарения в будущем. Договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

В силу ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно ст. 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Частью 1 ст. 182 ГК РФ предусмотрено, что сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Согласно договора дарения 05 февраля 2009 года Савинов В.В. в лице Туркова А.В. (по доверенности) безвозмездно передал (подарил) Одаряемому - Турковой М.В. 1/2 долю в праве общей долевой собственности на жилую квартиру находящуюся по адресу: ....

Оспариваемый договор соответствует требованиям закона, предъявляемым к сделке такого рода, как по форме, так и по порядку его заключения.

Истец основывает свои требования на том, что договор дарения им заключен под влиянием заблуждения, под влиянием обмана, и что он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

Однако при этом, истец не доказывает, в чем же конкретно заключалось заблуждение, в чем заключался обман. В обоснование своих исковых требований Савинов В.В. приводит полностью перечень всех статей гражданского кодекса относящихся к недействительности сделок. При этом им в ходе судебного заседания не были указаны конкретные нормы права, обосновывающие его требования.

Первоначально Савиновым В.В. заявлено требование, что он не понимал значение своих действий и не мог ими руководить, поскольку в силу своего пагубного злоупотребления спиртными напитками находился в таком состоянии, что не понимал, что делал.

В процессе рассмотрения гражданского дела по ходатайству истца была назначена комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, с привлечением врача нарколога.

Согласно заключения экспертизы, не доверять которой у суда нет оснований, установлено, что каких-либо грубых изменение личности на период 2007г. по алкогольному типу не отмечено. Грубых нарушений критических и прогностических функций на период подписания доверенностей не усматривается.

Таким образом, в силу требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ истцом не представлены доказательства, с достоверностью свидетельствующие о том, что в момент оформления доверенности на имя Туркова А.В., и заключения договора дарения Савинов В.В. находился в таком состоянии, которое лишало его возможности понимать значение своих действий и руководить ими.

Экспертиза проведена специальным экспертным учреждением (ГБУЗ «Тольяттинский психоневрологический диспансер») с участием специалистов, имеющих значительный стаж работы, заключение экспертов соответствует предъявляемым к нему требованиям, содержит подробное описание проведенного исследования, а сделанные в результате его выводы мотивированы. Оснований не принимать данное заключение, как доказательство по делу, у суда не имеется, так как заключение составлено экспертами, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Составившие заключение эксперты являются сотрудниками экспертного учреждения - Государственного бюджетного учреждения здравоохранения "Тольяттинский психоневрологический диспансер", в заключении указаны - образование, категория, специальность и стаж работы каждого из экспертов.

Таким образом, заключение экспертов соответствует требованиям ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", согласно которой в заключении эксперта или комиссии экспертов должны быть отражены, в том числе: предупреждение эксперта в соответствии с законодательством Российской Федерации об ответственности за дачу заведомо ложного заключения; сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы.

Разрешая исковые требования, суд считает необходимым принять экспертное заключение в качестве доказательства, поскольку оно выполнено в соответствии с требованиями закона.

Доказательств, опровергающих данное заключение, истцом в суд не представлено.

Кроме того, указанное заключение согласуется с иными доказательствами, собранными по делу, в том числе с пояснениями свидетелей, справкой из наркологического диспансера, а также фактическими обстоятельствами, установленными судом.

Само по себе экспертное заключение основано как на медицинских документах, так и на показаниях свидетелей о состоянии здоровья и поведении истца Савинова В.В. и по своему содержанию оно полностью соответствует нормам ГПК РФ, предъявляемым к экспертным заключениям.

В исследовательской части заключения экспертов содержится анализ всех представленных судом медицинских документов, которые были представлены истцом.

Комиссия врачей проанализировала как медицинские документы, так материалы гражданского дела с учетом показаний свидетелей, после чего пришла к указанным выше выводам.

Вывод экспертов о невозможности ответить на 5 экспертный вопрос о том, находился ли Савинов В.В. в момент подписания доверенности в состоянии, в котором он не был способен полностью понимать значение своих действий и руководить ими, является мотивированным и основан на отсутствии в представленной медицинской документации описания психического состояния наследодателя в период написания доверенности, в том числе на момент оформления договора дарения. При этом дополнительных медицинских документов, касающихся психического состояния Савинова В.В. и относящихся к периоду заключения оспариваемого договора или предшествующих этому периоду, стороной истца представлено не было.

Вместе с тем, выводы комиссии экспертов отражены достаточно ясно и полно с учетом тех вопросов, которые поставлены в определении суда о назначении экспертизы, на основе психологического анализа материалов гражданского дела и медицинских документов, о чем указано в самом заключении.

Факт нахождения истца в состоянии алкогольного опьянения в момент подписания доверенностей на заключение договора дарения квартиры, какими-либо достоверными и допустимыми доказательствами не был подтвержден в ходе судебного разбирательства.

Согласно п. 1 ст. 179 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения представителя одной стороны с другой, а также сделка, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка) может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Истцом, на которого в силу ст. 56 ГПК РФ возложено бремя доказывания, не представлено бесспорных доказательств, с достоверностью подтверждающих факт заблуждения относительно природы сделки, а также умышленного введения его другой стороной сделки в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки. Оспариваемый договор содержит все существенные условия договора дарения, текст договора не содержит каких-либо неясностей и неточностей, которые позволяют трактовать его смысл иначе, не как сделку по безвозмездной передаче имущества в дар.

Материалами дела также подтверждается, что стороны по договору дарения не только выразили свою волю на возникновение определенных ими правовых последствий, но и совершили все требуемые материальным (гражданским) правом действия, в том числе, установленные нормами ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним".

Данное обстоятельство свидетельствует лишь о том, что истец не проявил должной осмотрительности при заключении сделки, а не об обмане его со стороны ответчика.

Применительно к положениям ст. 10 Гражданского кодекса РФ и ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ именно истец, обратившийся в суд с иском о признании сделки недействительной, обязан представить суду соответствующие доказательства, в данном случае - доказательства заключения сделки под влиянием обмана.

Как следует из объяснений ответчика и показаний свидетелей Тюриной Н.В. и Печень А.Г., что Савинов В.В. после смерти матери злоупотреблял спиртными напитками, не понимал значение своих действий.

Однако в установленный законом срок после смертиматери истец лично неоднократно обращался к нотариусу, в том числе с заявлением о принятии наследства и за получением свидетельства о праве на наследство, то есть совершал юридически значимые действия, что, по мнению суда, свидетельствует об осознании истцом сложившейся ситуации и в период оспариваемой им сделки.

Доверенность была выписана после получения истцом свидетельства о праве на наследство, указанная доверенность подписана истцом собственноручно.

Как следует из объяснения свидетелей, его выгнали из квартиры и он ночевал где придется, но при этом на протяжении столь длительного срока Савинов В.В. не предпринимал попыток вселиться в спорную квартиру. Со слов самого Савинова В.В. известно, что сестра-ответчик предлагала вернуться в квартиру, но ему было лучше там, где наливают, поэтому он сам не возвращался в квартиру.

Как следует из объяснений истца, он до 2011 года не состоял на учете в психоневрологическом диспансере, много лет работал водителем, в юридически значимый период времени проживал один в квартире, самостоятельно себя обслуживал.

Представленный в дело выписной эпикриз о состоянии здоровья истца не может быть принят судом, поскольку согласно названному документу Савинов В.В. с 23.05.2013г. по 05.06.2013г.находился на излечении в ГБУЗ СО Тольяттинская городская клиническая больница №5 то есть намного позже после совершения оспариваемой сделки, с диагнозом хронический панкреатит, холецистит, сильнодействующие препараты, влияющие на сознание, истцом не принимались.

Кроме того, истец Савинов В.В. проживая в квартире длительный срок, не оплачивал коммунальные услуги, не оплачивал ежегодные налоги на недвижимость, то есть не совершал действий, которые должны исполняться лицом, считающим себя собственником недвижимого имущества.

В ходе судебного заседания были допрошены свидетели, как со стороны истца, так и со стороны ответчика, которые все дали одинаковые показания, о том, что истец Савинов В.В. действительно злоупотреблял спиртными напитками, но при этом последний ориентировался во времени и пространстве, узнавал своих родственников, вел себя адекватно, ясно выражал свои мысли, провалов в памяти отмечено не было.

Суд отвергает показания свидетелей Печень А.Г., Тюриной Н.В., Лонеевой З.Г. поскольку их встречи и общение с Савиновым В.В. носили эпизодический характер в 2007 году, в основном тесное общение стало происходить уже после 2011 года. Указанные показания противоречат иным собранным по делу доказательствам.

Кроме того, указанные свидетели не обладают медицинскими познаниями в психиатрии, и высказывать свои суждения о психическом состоянии здоровья истца не могут, их оценка состояния истца носит субъективный характер.

Злоупотребление Савиновым В.В. спиртными напитками, само по себе не свидетельствуют о нахождении последнего в момент совершения сделки в состоянии, при котором он не способен был понимать значение своих действий и руководить ими.

В соответствии со ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В силу ст. 205 ГК РФ в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

Представителем ответчика Турковой М.В. заявлено ходатайство о применении к исковым требованиям Савинова В.В. срока исковой давности.

Суд приходит выводу о том, что день составления доверенности 06.08.2007 года является началом течения срока исковой давности по требованию Савинова В.В. о признании недействительной доверенности выданной для совершения действий, поскольку о существовании доверенности истцу было известно с момента ее подписания. Сделка по дарению доли в квартире произведена в 2009 году, нельзя полагать, что истец на протяжении двух лет находился под воздействием обмана. Согласно постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 16 августа 2012 года следует, что Савинов В.В. обращался в паспортный стол за справкой о составе семьи, но последнему было отказано в виду отсутствия у последнего документов удостоверяющих личность. Из буквального содержания показаний паспортистки в постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 16 августа 2012 года, именно Савинову В.В. было отказано в выдаче справки о составе семьи. Таким образом, с данного момента он узнал, что его права нарушены, но в суд обратился лишь 14.05.2014 года, то есть по истечении установленного п. 2 ст. 181 ГК РФ срока по требованию о признании оспоримой сделки недействительной, соответственно, срок исковой давности истек.

При этом уважительных причин, позволяющих восстановить срок исковой давности на основании ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцом не представлено.

Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием отказа в удовлетворении исковых требований Савинова В.В.

В рамках рассмотрения данного гражданского дела ответчиком неоднократно предлагалось истцу, прописать последнего в квартиру, принадлежащую Турковой М.В. на праве собственности по адресу: ...., что бы он смог там проживать всю оставшуюся там жизнь, но с условиям, что он будет оплачивать коммунальные платежи, не злоупотреблять спиртными напитками и наркотическими веществами. Но оформить квартиру в собственность ответчик на брата не желает, поскольку опасается в виду его пагубной привычки злоупотребления спиртными напитками, что последний останется без жилья, или вообще оформит квартиру на постороннее лицо. В подтверждение своих слов ей еще в 2011 году было написано нотариально заверенное заявление, о том, что она не возражает против проживания Савинова в квартире по адресу: ..... Однако истца данное предложение ответчика не устраивает.

Разрешая исковые требования, суд полагает, что факт нахождения истца на учете у врача нарколога и злоупотребление им алкоголем, сам по себе не свидетельствует о том, что в момент совершения юридически значимых действий он не отдавал отчета своим действиям и не мог руководить ими, действовал под влиянием обмана или заблуждения, соответственно, указанные обстоятельства не влекут признание сделки недействительной, поскольку доказыванию подлежит отсутствие волеизъявления у лица, совершающего сделку и невозможность понимать значение своих действий именно в момент совершения сделки.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования Савинова В.В. к Турковой М.В. и Туркову А.В. о признании недействительном доверенности и о признании недействительным договора дарения и применении последствий недействительности сделки – оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Самарский областной суд через Комсомольский районный суд в месячный срок со дня изготовления мотивированного решения.

Судья Бугарь Г.А.

Мотивированное решение изготовлено: 05.11.2014 года.

 

2.


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 августа 2014 года Центральный районный суд г.Тольятти Самарской области в составе

судьи             Сметаниной О.Н.,

при секретаре Васильевой О.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-746/2014 по иску Галкина С.Ф. к Галкину А.Ф. о признании договора дарения и доверенности недействительными, признании права собственности на долю в квартире,

установил:

Галкин С.Ф. обратился в суд с иском к Галкину А.Ф. о признании договора дарения недействительным. В последующем исковые требования были уточнены, в обоснование истец указывает, что в ДД.ММ.ГГГГ году мать истца ФИО4 приватизировала с Галкиным А.Ф. в равных долях квартиру по адресу: <адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО4 составила завещание на принадлежащую ей <данные изъяты> долю в указанной квартире Галкину С.Ф. В августе ДД.ММ.ГГГГ. ФИО4 была госпитализирована, лечилась стационарно до второй половины ДД.ММ.ГГГГ года, ей был диагностирован менингит. После возвращения из больницы ФИО4 нуждалась в постоянном уходе, в уколах инсулина, не вставала, не могла ухаживать за собой, не ориентировалась в пространстве, ее речь была бессвязной. ДД.ММ.ГГГГ. ответчик поменял замки на двери указанной квартиры, в связи с чем истец обратился в полицию. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 выдала доверенность на имя ФИО5, которая была подписана рукоприкладчиком ввиду болезни ФИО4ФИО5, действуя по доверенности, ДД.ММ.ГГГГ подарила долю в праве собственности на спорную квартиру ответчику. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умерла. Истец указывает, что после ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 находилась в состоянии, когда была неспособна понимать значение своих действий и руководить ими.

Представитель истца Гранат М.А., действующий на основании доверенности, истец Галкин С.Ф. в судебном заседании доводы, изложенные в иске, поддержали, просят признать недействительной доверенность, выданную от имени ФИО4 на ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ года, признать договор дарения <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и Галкиным А.Ф. недействительным, прекратить право собственности Галкина А.Ф. на <данные изъяты> долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>

Представитель ответчика ФИО7, ответчик Галкин А.Ф. в судебном заседании возражали против удовлетворения иска, поскольку доверенность соответствует требованиям закона, экспертное заключение о несделкоспособности ФИО4 принимать в основу нельзя, как неполное и противоречивое. Просят в иске отказать.

Выслушав объяснения сторон и их представителей, показания свидетелей, эксперта, исследовав материалы дела, суд считает исковые требования обоснованными и подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

В соответствии с ч.1 ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Согласно ч.1 ст.572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ч.1 ст.185 ГК РФ доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами.

В соответствии с ч.1 ст.182 ГК РФ сделка, совершенная одним лицом (представителем) от имени другого лица (представляемого) в силу полномочия, основанного на доверенности, указании закона либо акте уполномоченного на то государственного органа или органа местного самоуправления, непосредственно создает, изменяет и прекращает гражданские права и обязанности представляемого.

Согласно абз.2 ч.3 ст.182 ГК РФ сделка, которая совершена с нарушением правил, установленных в абзаце первом настоящего пункта, и на которую представляемый не дал согласия, может быть признана судом недействительной по иску представляемого, если она нарушает его интересы. Нарушение интересов представляемого предполагается, если не доказано иное.

Материалами дела установлено, что ДД.ММ.ГГГГ. с ФИО4 и Галкиным А.Ф. был заключен договор о безвозмездной передаче квартиры в собственность, согласно которому квартира по адресу: <адрес> была приватизирована Галкиными в равных долях (л.д.24).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 составила завещание на принадлежащую ей <данные изъяты> долю в указанной квартире в пользу Галкина С.Ф. (л.д.8).

Из материалов дела видно, что в настоящее время квартира по адресу: <адрес> принадлежит на праве собственности Галкину А.Ф., что подтверждается выпиской ЕГРП от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.11).

Из пояснений сторон и материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 выдала доверенность на имя ФИО5, которая была подписана рукоприкладчиком ввиду болезни ФИО4 (л.д.23). ФИО5, действуя по доверенности, ДД.ММ.ГГГГ подарила долю в праве собственности на спорную квартиру Галкину А.Ф. (л.д.25).

ДД.ММ.ГГГГ гола ФИО4 умерла, что подтверждается копией свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.12).

Истец в обоснование своих требований указывает на то, что при выдаче доверенности ФИО4 не понимала значение своих действий и не могла руководить ими.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию в пределах заявленного по основанию, предусмотренному ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, иска является вопрос, могла ли ФИО4 на момент выдачи доверенности ДД.ММ.ГГГГ. отдавать отчет своим действиям и руководить ими, и при этом бремя доказывания юридически значимых обстоятельств по данной категории дел лежит на истце и является его обязанностью в силу положений ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи с этим определением суда от ДД.ММ.ГГГГ была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза (л.д.64-65), т.к. поставленные вопросы требовали специальных познаний.

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов ГБУ «Тольяттинский психоневрологический диспансер» от ДД.ММ.ГГГГ. № ФИО4 на протяжении длительного времени страдала органическим заболеванием головного мозга сложного генеза (сосудистого, эндокринного) с лёгким когнитивным (мнестическим) расстройством (F 06.7 по МКБ-10), о чем свидетельствуют данные о наличии у неё сосудистой патологии (церебральный атеросклероз, гипертоническая болезнь второй стадии, пароксизмальная тахикардия) и эндокринопатии (сахарный диабет второго типа средней степени тяжести, узловой зоб). Указанное заболевание проявлялось лёгким снижением памяти и церебрастеническими нарушениями (головные боли, головокружения, недомогание, слабость, плохой сон). В момент выдачи ДД.ММ.ГГГГ доверенности ФИО5 ФИО4страдала органическим психическим расстройством сложного генеза с выраженными изменениями психики (F 06.81 по МКБ-10), о чем свидетельствуют данные анамнеза о значительной декомпенсации после перенесённого острого гнойного менингоэнцефалита (протекавшего на фоне двусторонней пневмонии, хронического гайморита, этмоидита) сосудистых и эндокринных заболеваний (гипертоническая болезнь в стационаре диагностирована третьей стадии, сахарный диабет становится инсулинпотребным) с выраженным нарастанием энцефалопатии, проявлявшейся расстройством сознания, которое носило транзиторный (преходящий) характер с чередованием кратковременных состояний помрачения сознания и светлых промежутков, а также замедления реакций на внешние стимулы, адинамией, неспособностью себя обслуживать, самостоятельно выполнить подпись на документах. Вышеуказанные психические нарушения усугубляли тяжёлым соматическим состоянием с прогрессирующей потерей массы тела, астенией невозможностью к самостоятельному передвижению и обслуживанию, зависимостью окружающих, неблагоприятными психогенными факторами (побои со стороны близких родственников). Экспертами был сделан вывод, что при подписании ДД.ММ.ГГГГ доверенности ФИО5 имевшиеся у ФИО4 психические нарушения в совокупности с тяжёлым соматическим состоянием и неблагоприятными психогенными факторами ограничивали её способность к волевой регуляции поведения и обуславливали нарушение критических и прогностических способностей. (л.д.75-77).

Допрошенный в судебном заседании эксперт ФИО8 (заведующий отделением судебно-психиатрических экспертиз, врач-психиатр, докладчик) суду пояснил, что из проведенной им экспертизы следует, что ФИО4 при выдаче доверенности ФИО5 могла понимать лишь внешнюю сторону происходящего, но без должной оценки юридической и социальной сути заключаемой сделки, то есть не могла понимать содержательную сторону значения своих действий, что и привело к заключению сделки без учёта наследственных интересов второго сына - Галкина С.Ф., и в результате которой она при жизни сам лишилась единственного жилья, что свидетельствует о нарушении адекватного формирования цели сделки. Подтвердил все изложенное им в заключении.

Таким образом, с учетом всех обстоятельств по делу, принимая во внимание то, что выводы экспертов построены не только на событиях, указанных в медицинской карте на дату ДД.ММ.ГГГГ., при оценке экспертного заключения суд исходит из того, что оно было дано комиссией специалистов, имеющих необходимую квалификацию, все эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. В обоснование выводов при проведении экспертизы были приняты во внимание все имеющиеся медицинские документы, касающиеся состояния здоровья ФИО4, а также показания допрошенных свидетелей, суд не находит оснований подвергать сомнению выводы, изложенные в заключениях судебно-психиатрической комиссии экспертов ГБУ «Тольяттинский психоневрологический диспансер» от ДД.ММ.ГГГГ. №№. В заключении даны полные ответы на поставленные судом вопросы, содержится обоснование выводов.

Суд полагает, что заключение экспертов свидетельствуют о том, что ФИО4 заблуждалась относительно природы и последствий выдачи доверенности от ДД.ММ.ГГГГ. на дарение принадлежащей ей <данные изъяты> доли в спорной квартире, не была способна понимать значение своих действий или руководить ими. Экспертами сделан вывод о том, что имевшиеся у ФИО4 психические нарушения в совокупности с тяжёлым соматическим состоянием и неблагоприятными психогенными факторами ограничивали её способность к волевой регуляции поведения и обуславливали нарушение критических и прогностических способностей.

Доводы ответчика о том, что заключение экспертизы нельзя принимать во внимание, суд считает необоснованными. В соответствии с ч.1 ст.79 ГПК при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. При этом в соответствии с ч.3 ст.86 ГПК РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Представленное заключение соответствует ст.86 ГПК РФ, экспертиза проведена комиссией из 3 экспертов-психиатров, имеющих высшее образование в сфере медицины, значительный стаж работы по специальности.

В соответствии со ст.67 ГПК РФ заключение экспертизы оценено в совокупности с другими доказательствами. Так, выводы экспертов соответствуют материалам дела и показаниям свидетелей. Свидетель ФИО9 суду сообщила, что работала почтальоном, относила пенсию ФИО4 в последние месяцы перед смертью, ФИО4 не смогла самостоятельно расписаться в получении пенсии, лежала в кровати, не понимала суть разговора, не разговаривала, не узнавала. Свидетель ФИО10 пояснила, что после выписки из больницы ФИО4 лежала в кровати, ей требовался постоянный уход, она перестала узнавать близких людей, не помнила недавние события. Свидетель ФИО11сообщила, что после больницы ФИО4 лежала в кровати, за ней требовался посторонний уход, она перестала узнавать близких, помнить некоторые события, не поддерживала разговор. Кроме того, из обстоятельств дела видно, что подписание данной доверенности носило спонтанный характер, выдача доверенности противоречила прежнему поведению ФИО4, которая более десяти лет прожила с истцом и не меняла имеющегося завещания, в ДД.ММ.ГГГГ году сказала, что имеется завещание на истца и просила ничего не говорить об этом ответчику, на которого была обижена, а спустя неделю после переезда Галкина А.Ф. к ней совершила одностороннюю сделку без учёта интересов другого сына.

В соответствии со ст.67 ГПК РФ имеющиеся в деле доказательства, в том числе показания эксперта, заключение комиссии экспертов судебно - психиатрической экспертизы свидетельствуют с достоверностью о наличии обстоятельств, которые могли бы служить основанием для признания недействительными доверенности и заключенному на основании данной доверенности договора дарения <данные изъяты> доли в спорной квартире по основаниям, указанным в п. 1 ст. 177 ГК РФ.

Кроме того, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Истцом представлены суду убедительные и достаточные доказательства, которые не вызывают сомнения в их достоверности и в совокупности полностью подтверждают обстоятельства, на которые он ссылается как на основания своих требований.

Суд приходит к выводу, что при указанных обстоятельствах имеются основания для признания недействительной доверенности от имени ФИО4 на ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ года, как выданной с пороком воли, поскольку именно в доверенности оговорены все условия последующей сделки: способ отчуждения принадлежащего ФИО4имущества и лицо, в пользу которого необходимо заключить договор. Договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ. без выдачи доверенности ДД.ММ.ГГГГ. не мог быть заключен, выдача ФИО4 доверенности является необходимым условием для заключения договора дарения в последующем, именно ее выдача породила возникшие последствия по дарению Галкину А.Ф. <данные изъяты> доли в указанной квартире. Вследствие этого заключенный ДД.ММ.ГГГГ. по данной доверенности договор дарения <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>, между ФИО4 и Галкиным А.Ф. суд считает необходимым признать недействительным.

В соответствии со ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

В силу данной нормы суд полагает, что показания свидетелей ФИО12, ФИО5, ФИО13 (дочь Галкина С.Ф.), ФИО14 (знакомая), ФИО15 (знакомая), ФИО16 (знакомая), ФИО17 (знакомая), ФИО18 (жена Галкина А.Ф.) в части, что ФИО4 четко и ясно изъясняла свои мысли и желание подарить квартиру Галкину А.Ф., с памятью у нее проблем не было, не могут свидетельствовать о способности ФИО4 понимать значение своих действий и руководить ими при выдаче доверенности ДД.ММ.ГГГГ., поскольку в данном случае требовались специальные познания для определения этого обстоятельства. Показания данных свидетелей суд принимает в части описания поведения ФИО4 без выводов свидетелей относительно ее сделкоспособности. В этой части показания свидетелей не противоречат остальным доказательствам, в том числе экспертному заключению и данным медицинской карты. Из медицинской карты амбулаторного больного МУЗ ГБ №2, карты № стационарного больного видно, что состояние ФИО4отмечалось как стабильное до ДД.ММ.ГГГГ года. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 нашли родственники лежачей на полу, она была госпитализирована, при госпитализации жаловалась на головную боль, головокружение, общую слабость, повышенную температуру. После выписки при посещении врачом-терапевтом ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ. были сделаны записи «Активных жалоб нет. Не разгова (данная фраза неоконченная и зачеркнута). Речь слабовнятная (имеются следы исправлений). Согласно записи в карте ДД.ММ.ГГГГ ФИО4указывает, что у нее все болит. Эксперт ФИО8 пояснил, что допрошенные судом свидетели могли видеть разные состояния ФИО4 и ошибочно прийти к выводу о хорошем ее самочувствии. Поэтому суд приходит к выводу, что представленное экспертное заключение не противоречит всем имеющимся в материалах дела доказательствам, а дополняет и конкретизирует их, подтверждая изложенные в иске обстоятельства.

Доводы ответчика о том, что поведение ФИО4 было нормальным, не опровергает отсутствие у нее воли на отчуждение жилого помещения путем выдачи доверенности от ДД.ММ.ГГГГ.

Анализируя изложенное, суд считает, что необходимость ФИО4 в постороннем уходе, который осуществляли Галкин А.Ф. и его жена ФИО18, ставила ФИО4 в зависимость от них, если бы ФИО18 и Галкин А.Ф. не достигли бы желаемого результата, то ФИО4 осталась бы без их помощи, что также указывает на порок воли ФИО4 при выдаче доверенности ДД.ММ.ГГГГ.

Ответчик, доказывая действительность воли ФИО4, ссылается на то, что ее намерение на выдачу доверенности и дарение своей доли в квартире сыну Галкину А.Ф. возникло в результате поведения Галкина С.Ф. Данные доводы ничем не подтверждены, достоверных доказательств, подтверждающих изменение намерений ФИО4, не добыто, требования о признании недействительным завещания от ДД.ММ.ГГГГ., о признании недостойным наследником в данном деле не заявлены. Свидетель ФИО19, допрошенная в порядке судебного поручения, не указала, что обладает достоверными сведениями о насилии истца в отношении наследодателя.

Доводы ответчика о том, что у истца отсутствует право на оспаривание доверенности и договора дарения, судом не принимаются, поскольку Галкин С.Ф. ДД.ММ.ГГГГ. (в установленный законом срок) обратился к нотариусу с заявлением о принятии наследства после смерти ФИО4 Таким образом, его права, как наследника, претендующего на имущество ФИО4, были нарушены.

В силу ст. 44 Основ законодательства Российской Федерации о нотариате, если гражданин вследствие физических недостатков, болезни или по каким-либо иным причинам не может лично расписаться, по его поручению, в его присутствии и в присутствии нотариуса сделку, заявление или иной документ может подписать другой гражданин с указанием причин, в силу которых документ не мог быть подписан собственноручно гражданином, обратившимся за совершением нотариального действия.

Согласно п. 5.11 Методических рекомендаций по удостоверению доверенностей, утвержденных решением Правления Федеральной нотариальной Палаты (протокол от 7 - 8 июля 2003 г. N 03/03), если представляемый вследствие неграмотности, физических недостатков, болезни или по каким-либо иным причинам не может собственноручно подписать доверенность, то по его просьбе в его присутствии и в присутствии нотариуса доверенность может подписать другой гражданин (рукоприкладчик) с указанием причин, в силу которых документ не мог быть подписан собственноручно представляемым.

Заслуживают внимание доводы о нарушении тайны нотариального действия при выдаче ФИО4 доверенности. Из показаний свидетеля ФИО12, которая подписала оспариваемую доверенность от имени ФИО4, следует, что при выдаче доверенности и разъяснений нотариусом последствий выдачи доверенности ФИО4 она не присутствовала, в комнате вместе с ФИО4 и нотариусом находился также Галкин А.Ф. Ответчик Галкин А.Ф. в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ. пояснил, что риелтора ФИО5нашла его жена ФИО18, она вызвала нотариуса домой, доверенность в день ее подписания выдана не была, была вручена на следующий день его жене ФИО18 Таким образом, показания свидетеля ФИО12 и пояснения ответчика Галкина А.Ф. опровергают представленные нотариусом ФИО20 сведения (л.д.50).

В соответствии с ч.1 ст.235 ГК РФ право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Поскольку судом признан недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ. <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес> то право собственности Галкина А.Ф. на указанную долю в квартире следует прекратить, поскольку данное имущество входит в состав наследства, права на которое будут в дальнейшем оформлены в ином порядке.

Руководствуясь ст. 177 ГК РФ, ст. ст. 12, 56, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Признать недействительной доверенность, выданную от имени ФИО4 на ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ года, удостоверенную в реестре нотариуса ФИО20 за №№.

Признать недействительным договор дарения <данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес> заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 и Галкиным А.Ф.

Прекратить право собственности Галкина ФИО23 на <данные изъяты> долю в праве общей долевой собственности на квартиру по адресу: <адрес>

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Центральный районный суд г. Тольятти в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 20 августа 2014 года.

Судья (подпись) Сметанина О.Н.


3.

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

21 декабря 2011 года       г.Тольятти

Автозаводский районный суд г.о. Тольятти Самарской области в составе:

председательствующего судьи     Иванова А.Ю.

при секретаре       Александровой О.В.

с участием

истцов       Котельниковой Е.А.

       Давыдовой Н.А.

представителя истцов      Гранат М.А.

ответчика       Бетра О.А.

представителя ответчика     Бабковой И.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-3854/2011 по иску Давыдовой Натальи Александровны, Котельниковой Елены Александровны к Бетра Ольге Анатольевне о признании завещания недействительным,

УСТАНОВИЛ:

Истцы обратились в Автозаводский районный суд г.о. Тольятти с иском к ответчику мотивируя свои требования тем, что они являются наследниками первой очереди (дочерьми) наследодателя ФИО3

21.10.2010г. ФИО3 заключил с ООО «<данные изъяты>» договор об оказании посреднических услуг по обмену недвижимости, а 22.10.2010г. завещал занимаемую им по договору социального найма квартиру, расположенную по адресу: <адрес>. В дальнейшем, 07.12.2010г. через своего представителя ФИО3 заключил договор о безвозмездной передаче квартир в собственность №4695, а ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умер. Истцы в установленном законом порядке приняли наследство после смерти своего отца.

ФИО3 страдал психическим расстройством в связи с чем неоднократно лечился в психоневрологическом диспансере г.Тольятти. Кроме того, наследодатель страдал алкоголизмом и состоял на учете в наркологическом диспансере г.Тольятти.

Все это повлияло на психическое состояние наследодателя. Периоды ярости сменялись у него состоянием апатии, был легко внушаем.

Истцы считают что на момент составления завещания ФИО3 находился в состоянии, в котором не был способен понимать значение своих действий и руководить ими в силу плохого здоровья и болезненного состояния психики.

Истцы просят признать завещание ФИО3 от 22.10.2010г. регистрационный номер №4965 недействительным.

В судебном заседании истцы доводы искового заявления поддержали, пояснили что ответчик является посторонним человеком в их семье, она работает заместителем директора фирмы Лэнд. Их отец ФИО3 хотел разменять свою квартиру, в связи с чем обратился в фирму Лэнд, о своем волеизъявлении завещать или подарить жилье он не говорил.

Представитель истца в судебном заседании доводы, изложенные в исковом заявлении поддержал, просил иск удовлетворить в полном объеме, пояснил, что с учетом заключения судебно-психиатрической экспертизы, признавшей, что у ФИО3 на момент написания завещания было временное расстройство психической деятельности, лишающее его способности понимать значение своих действий, что является основанием для признания завещания от 22.10.2010г. недействительным.

Ответчик в судебном заседании иск не признала, пояснила в удовлетворении иска отказать. Пояснила, что ФИО3 составил завещание в ее пользу по своей воле.

Представитель ответчика в судебном заседании иск Котельниковой Е.А., Давудовой Н.А. не признала, пояснила, что с ФИО3Бетра О.А, познакомил ее дядя. ФИО3 неоднократно обращался к Бетра О.А. за консультацией по поводу приватизации квартиры. 21.10.2010г. ФИО3 обратился к Бетра О.А. по вопросу приватизации квартиры, 22.10.2010г. ФИО3 составил завещание, а также подписал доверенность на приватизацию квартиры. О составлении завещания на ее имя Бетра О.А. узнала спустя некоторое время, когда ФИО28принес его в офис.

Завещание было составлено ДД.ММ.ГГГГ, умер ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, в связи с чем время для отмены, изменения завещания у него было, но он оставил завещание в силе, тем самым закрепив свою волю.

ФИО28 на момент составления завещания и доверенности был полностью дееспособным, доказательств обратного истцы не представляют, никто не признавал его при жизни недееспособным, ограниченно дееспособным, не устанавливал над ним опеку. Наличие у ФИО3 заболеваний «вирусный гепатит С, ВИЧ инфекции, цирроза печени» и употребление им иногда алкогольных напитков сами по себе не могут служить доказательствами того, что в момент совершения сделки он не мог отдавать отчет в своих действиях или руководить ими. У нотариуса не возникло никаких сомнений в его адекватности, поэтому сам факт удостоверения завещания нотариусом в полной мере является подтверждением наличия неискаженной воли умершего.

Истцами не представлено документов, свидетельствующих о том, что ФИО3 страдал на день составления завещания психиатрическим заболеванием, узнавал всех, согласно показаниям свидетелей со стороны истцов, ориентировался в пространстве нормально. Из показаний свидетелей следует, что соседи видели его примерно 2 раза в неделю в состоянии алкогольного опьянения. Однако все остальное время доказательств того, что он пил не представлено. 21 и 22 октября 2010г. никто из свидетелей истцов не сказал, что общался с ФИО28, видел его. Терапевт, допрошенная в судебном заседании пояснила, что ФИО28 приходил иногда за таблетками трезвым.

Свидетели со стороны ответчика и нотариус показали, что ФИО28 в день составления завещания вел себя спокойно, был трезвый и прекрасно понимал все то, что происходило вокруг. Это подтверждается видеозаписью с участием ФИО3 Если обратить внимание на расписку от 22.10.2010г., видно что почерк у ФИО28 ровный, спокойный, текст без ошибок.

С заключением судебно-психиатрической комиссии экспертов от 09.11.2011г. ответчик не согласен, считает, что вывод о том, что ФИО28 страдал хроническим психическим расстройством и лишен был сделкоспособности 22.10.2010г. неправилен и необоснован. Так, заключение экспертов основывается лишь на показаниях свидетелей со стороны истцов, в заключении нет ни одной ссылки на медицинские документы, свидетельствующие о том, что ФИО28 при жизни имел диагноз «хроническое психическое расстройство в форме синдрома зависимости от алкоголя второй-третьей стадии, постоянной формы употребления, токсической энцефалопатией с выраженными изменениями психики.

Свидетель ФИО15 пояснила, что она была соседкой ФИО3,знает его с 1972 года. ФИО7 злоупотреблял спиртными напитками, много лет пил. Последнее время он проживал со своей матерью, потом была какая-то сожительница, они только пили. Саша работал дворником, всегда был опухшим, его трясло. Иногда он что-то говорил, не понятно что. Она видела что он носил в пакете бутылки, чтобы покупал продукты она не видела. Осенью 2010 года общалась с ним, он был опухший, отекший, постоянно вино пил. По нему было видно, что он употребляет алкоголь. Временами он разговаривал нормально, а потом начинал говорить ерунду, ориентацию терял. Он мог поддаться какому-либо влиянию если с ним общаться вежливо, его можно было уговорить. Вид у него был неопрятный, ходил в фуфайке, джинсах. Костюм на нем ни разу не видела.

Свидетель ФИО16 пояснила, что она соседка ФИО3 Он был пьяницей, злоупотреблял спиртными напитками, однажды даже вызывали милицию. Сам ФИО28, он заявил, что его дочь взяли в заложницы. Выглядел ФИО28 плохо, по его внешнему виду можно было определить что он алкоголик. Он был агрессивным, ругался и гонял свою мать и сожительницу, был неадекватным, постоянно пил. На протяжении 11 лет он постоянно пил, речь его была невнятная. Дочери приходили к нему, они ухаживали за бабушкой. Помнит, что дочь Лена приходила к нему 2-3 раза в месяц. У дочери ключей не было, когда она приходила, то стучалась и говорила: «Папа открывай, это я пришла». Он никому не открывал, надо было подавать голос. По настроению он был угнетенный, напряженный. Как соседку он ее узнавал. Чьей-либо воле он мог поддаваться, любой человек мог на него повлиять. Продукты он не покупал, носил бутылки. Он умер от церроза печени, со слов его матери она знает, что у ФИО28 была справка, что он немного ненормальный. Осенью 2010 года ФИО3 постоянно пил. Перед его смертью она сама вызывала скорую ФИО3, который пришел и попросил ее об этом. При этом, было плохо и ему и его сожительнице. Сожительница была не в себе и ее не захотели брать и он тоже не поехал. На следующий день опять вызывали скорую. Потом выяснилось, что сожительница умерла, свидетель сказала ему что сожительница умерла, на что он ей ответил что знает, был безразличен.

Свидетель ФИО17 пояснил, что ФИО3 был его соседом. Он с ФИО3 также учился вместе. Он работал на ВАЗе и стал пить, и подруги ФИО3 злоупотребляли спиртными напитками. Он жил с матерью, сожительствовал с женщиной Ниной. С завода его уволили за пьянство, впоследствии он устраивался работать, получал первую зарплату и пропивал ее, потом его увольняли. Когда у него умерла мать в прошлом году он сам стал хозяином своей квартиры. В последние годы ФИО3 «не просыхал», постоянно пил, по его внешнему виду было видно что он пьет, он был постоянно пьяным, был худым в последнее время. Дочери к нему приходили, к бабушке. Последний раз он видел ФИО28 за неделю до смерти, он позвонил и попросил купить молока, пил через трубочку. Летом и осенью 2010г. ФИО28 был постоянно пьяным, к себе не пускал, пил ночью, настроение у него было разное, он был непостоянный. По характеру он был инфальтильным, ведомым, неопрятный, грязный, небритый. Он не может представить чтобы ФИО28 был у нотариуса опрятным.

Свидетель ФИО18 пояснила, что она является риэлтором, ФИО3 она знала, оформляли выписку, это было летом, год назад. На вид ему было 50 лет, обыкновенный, седоватый мужчина, запаха алкоголя она не чувствовала. Она с ним ходила по поводу приватизации квартиры, пакет документов по квартире собирала она. Доверенность проверялась у секретаря, когда он был у нотариуса она (свидетель) не присутствовала. ФИО28 взял деньги у их фирмы и погасил долги по квартплате, это было необходимо чтобы им дали справку о составе семьи из паспортного стола.

Свидетель ФИО19 пояснила, что она работает в агентстве недвижимости и знала ФИО3 как клиента. Выглядел он обычно, по погоде, они с ним заключили договор. Приходил в трезвом состоянии, руки не тряслись, не нервничал, был спокойным. Она видела его в день заключения договора и на следующий день, 22.10.2010г. она общалась с ним около 20 минут, а потом они ездили с ним к нотариусу, через неделю приходил и узнавал как дела с оформлением документов, впоследствии приходил и приносил завещание. Бетра О.А. его знакомая.

Свидетель ФИО20 пояснила, что ФИО3 она знала, он обратился к ним в агентство недвижимости. ДД.ММ.ГГГГ она увидела его впервые, был одет в обычную одежду, их сотрудница общалась с ним как с клиентом. ДД.ММ.ГГГГ он пришел снова. Она с ним поехала смотреть его квартиру, он рассказал где у него кухня, комнаты. Запаха алкоголя не было, руки не тряслись, шел ровно. Когда они зашли в квартиру их встретила его сожительница. ФИО3 обращался к ним с целью приватизации квартиры.

Свидетель ФИО21 пояснила, что ФИО28 был на ее участке, наблюдался у нее. Последний раз видела его перед смертью, выписала направление на госпитализацию, у него был гепатит С. В последний раз была у него, он был накрыт курткой, живот опухший. Ей сказали, что он выпил, был какой-то запах. Он сам уже не вставал, но разговаривал. Говорил что ночью была скорая, говорил что сожительницу забрали, но она была дома. Он не понимал, что дома кто-то был. Первый раз она приходила в квартиру ФИО3 в 2007 или 2008 году по активу со скорой. Он открыл дверь, кому взывали не знает, куча народа, все пьяные. Она прошла к бабушке. Он был в алкогольном опьянении, чем-то пахло, штор в комнате не было, было грязно, постельного белья не было. Соседка сказала, что скорую вызывали, но ни его сожительницу, ни его не забирали.

Свидетель ФИО22 пояснила, что ФИО3 ее бывший муж. Развелись 20 лет назад. Она с ним общалась до его смерти. Он приходил к ней на работу. Выглядел в своем возрасте как старик, похудел сильно, постоянно был пьяным. Он то смеялся, то мог ругаться. Настроение менялось. Он обычно на всех злой был, агрессивный. Он мог слушать человека, а сам свое твердить. Спрашивала, почему он не приватизирует квартиру, он просил его найти риэлтора, она нашла знакомую. Ему сказали собрать бумаги. Потом он сказал, что сам нашел риэлтора, сам занимается приватизацией. Последний раз она видела его в августе 2010 года, в последнее время он постоянно был пьяным. Образ жизни: пил постоянно, в наркологии лежал, не работал, его увольняли.

Свидетель ФИО29 пояснила, что работает совместно с Бетра О.А, ФИО3 ей знаком, познакомилась она с ним 22.10.2010г., помогала оформлять документы по выдаче денег. ФИО3 был нормальным, спокойным, адекватным, вменяемым. Сказать что бомж нельзя, человек среднего достатка. Он ответил правильно как его зовут и назвал дату своего рождения, был трезвым, от него не пахло алкоголем. Она общалась с ним около 40 минут.

Свидетель ФИО23 пояснил, что Бетра О.А. является супругой его отца. ФИО3, он знал. 22.10.2010г. ему позвонили из фирмы Лэнд и попросили его подъехать. У него фирма по выдаче займов. Он подъехал, познакомился с ФИО28, выдал ему займ в размере 60000 рублей. Для чего ФИО28 нужны были деньги он не знает, займ не целевой.

Суд, выслушав пояснения представителя истца, представителя ответчика, изучив письменные материалы гражданского дела, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, находит иск обоснованным и подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Судом установлено что 21.10.2010г. между ФИО3 и ООО фирма «<данные изъяты>» в лице ФИО19 был заключен договор об оказании посреднических услуг по обмену квартиры, расположенных по адресу: <адрес>, согласно которого ООО Фирма «ЛЭНД недвижимость» приняла на себя обязательства обменять указанную квартиру на малосемейку площадью 13 кв.м. в <адрес>. При этом, принадлежащая ФИО3 квартира была оценена сторонами в 1420000 рублей, а предполагаемый объект покупки в 400000 рублей.

На следующий день, 22.10.2010г. ФИО3 завещал ответчику Бетра О.А. принадлежащее ему имущество - жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>. Завещание было удостоверено нотариусом г.Тольятти ФИО24, зарегистрировано в реестре за №4965 (л.д.11). Завещание было подписано ФИО3 в прис3утствии нотариуса, личность завещателя устанавливалась нотариусом, также нотариусом была проверена его дееспособность. Данные обстоятельства нотариус ФИО24 подтвердила в судебном заседании.

Согласно выписки из поквартирной карточки (л.д.40), договора о безвозмездной передаче квартир в собственность от 07.12.2010г. (л.д.12) на момент составления завещания ФИО3 спорная квартира использовалась умершим по договору социального найма и была передана в его собственность 07.12.2010г.

Согласно ст.1120 ГК РФ завещатель вправе совершить завещание, содержащее распоряжение о любом имуществе, в том числе о том, которое он может приобрести в будущем.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 умер, что подтверждается свидетельством о смерти (л.д.14).

Согласно постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 01.04.2011г. (л.д.28-30) смерть ФИО3 наступила от цирроза печени.

Согласно свидетельств о рождении (л.д.37-38), свидетельства о заключении брака (л.д.39) Котельникова Е.А. и Давыдова Н.А. являются дочерьми ФИО3

В соответствии со ст.1142 ГК РФ дети умершего являются наследниками первой очереди. Завещание может быть признано судом недействительным по иску лица, права или законные интересы которого нарушены этим завещанием (ст.1131 ГК РФ).

Согласно ст.1131 ГК РФ при нарушении положений ГК РФ, влекущих за собой недействительность завещания, в зависимости от основания недействительности, завещание является недействительным в силу признания его таковым судом (оспоримое завещание) или независимо от такого признания (ничтожное завещание).

Завещание является односторонней сделкой, которая создает права и обязанности после открытия наследства (ст.1118 ГК РФ).

В соответствии со ст.167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 ГК РФ.

В соответствии со ст. 171 ГК РФ каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах.

Из исследованных судом доказательств: пояснений свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО21, ФИО22 усматривается, что осенью 2010 года умерший ФИО28 постоянно находился в состоянии алкогольного опьянения, не отдавал отчет своим действиям, не был способен понимать значение своих действий, настроение ФИО3 постоянно менялось, он был агрессивным либо инфантильным, легко внушаемым, за своим внешним видом не следил, одевался в грязную одежду, не причесывался («был лохматый»), не брился, выглядел опухшим, похудевшим. У суда не имеется оснований не доверять показаниям данных свидетелей, поскольку как было установлено они являются не заинтересованными в исходе дела, однако проживая по соседству с умершим постоянно вынуждены были его видеть и общаться с ним.

Суд не доверяет показаниям свидетелей ФИО18, ФИО19. ФИО20, ФИО30 ФИО23 Оценивая данные показания суд приходит к выводу об их недостоверности, поскольку все указанные лица находятся в служебной зависимости от ответчика Бетра О.В., так как работают в должности риэлторов в агентстве недвижимости «Лэнд недвижимость», а Бетра О.А. является заместителем директор данного агентства, свидетель ФИО23 состоит с ответчиком в свойственных отношениях. Кроме того, из показаний свидетелей ФИО18, ФИО19, ФИО20 усматривается, что все три риэлтора одновременно оформляли документы с целью приватизации квартиры, в которой проживал умерший ФИО3, свидетели ФИО18, ФИО19 сопровождали ФИО3 к нотариусу при выдаче им доверенности для оформления документов.

Из содержания ст.185 ГК РФ усматривается, что для выдачи доверенности необходимо волеизъявление только одного лица - доверителя. Какова была необходимость сопровождения умершего к нотариусу свидетелями суду не сообщалось.

В то же время, договор о безвозмездной передаче квартир в собственность №4695 был подписан от имени ФИО3 гражданкой ФИО26, действовавшей от имени умершего на основании доверенности, а не риэлторами, оказывавшими ФИО3 услуги по оформлению и сбору документов для приватизации квартиры - ФИО19, ФИО18

Также, из пояснений свидетеля ФИО23 усматривается, что он выдавал ФИО3 про просьбе сотрудников фирмы «<данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ займ в размере 60000 рублей, якобы необходимые ФИО3 для оформления документов. Однако, из договора об оказании посреднических услуг по обмену недвижимости (л.д.7-9), заключенному между ФИО3 и ООО фирма «<данные изъяты>» усматривается, что стоимость услуг по договору составила 25000 рублей (п.4.1. договора), оплата производится в день подписания акта выполненных работ по договору.

Исходя из вышеизложенных обстоятельству суд считает пояснения свидетелей ФИО18, ФИО19. ФИО20, ФИО31 ФИО23противоречивыми, не логичными и не подтверждающимися материалами дела.

Определением суда от 03.10.2011г. по ходатайству истцов по делу была назначена судебная посмертная психиатрическая экспертиза. На исследование экспертам судом представлялись медицинские карты стационарного больного ФИО3, амбулаторная карта ФИО3, а также имеющиеся в материалах дела доказательства.

Согласно заключения судебно-психиатрической комиссии экспертов от 09.11.2011г. №475 ГУЗ «<данные изъяты>» (л.д.94-95) ФИО3 страдал хроническим психическим расстройством в форме синдрома зависимости от алкоголя второй-третьей стадии, постоянной формы употребления, токсической энцефалопатией с выраженными изменениями психики (F 10.2532 по МКБ-10). Об этом свидетельствуют данные анамнеза о многолетнем злоупотреблении им спиртными напитками с повышением толерантности, формированием болезненного влечения к алкоголю, абсистентного синдрома, с запоями, аффективными нарушениями, нарастанием интеллектуально снижения, проявлений алкогольной деградации личности, что в итоге обуславливало его социальную дезадаптацию. Сочетание массивной алкоголизации с выраженными личностными и интеллектуальными изменениями, усугубившимися в состоянии многомесячного запоя, недостаточностью регуляции поведения, а также нарушением критических и прогностических функций привело к нарушению психической дефтельности в такой степени, что во время подписания завещания 22.10.2010г. он не был способен к произвольному принятию решения и адекватному волеизъявлению и не мог понимать значение своих действий и руководить ими. Состояние длительного запоя у ФИО3 к моменту подписания завещания 22.10.2010г. должно быть расценено как временное расстройство психической деятельности, лишающее его способности понимать значение своих действий и руководить ими, но оказывающее влияние лишь на сделкоспособность лица в тот период, то есть в момент подписания завещания.

Таким образом, оценивая в совокупности представленные доказательства суд приходит к убеждению, что умерший ФИО3 в день подписания завещания 22.10.2010г. находился в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, в связи с чем завещание, сделанное ФИО3 22.10.2010г., которым он завещал принадлежащее ему имущество жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес>, признается судом недействительным.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, в связи с чем с ответчика в пользу истцов подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 200 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 167, 177, 1131, 1142 ГК РФ, ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Давыдовой Натальи Александровны, Котельниковой Елены Александровны к Бетра Ольге Анатольевне о признании завещания недействительным - удовлетворить.

Признать завещание, сделанное ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ, которым он завещал принадлежащее ему имущество: жилое помещение, расположенное по адресу: <адрес> Бетра Ольге Анатольевне недействительным.

Взыскать с Бетра Ольги Анатольевны в пользу Давыдовой Натальи Александровны, Котельниковой Елены Александровны расходы по оплате государственной пошлины в размере 200,00 рублей.

Решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Самарской областной суд через автозаводский районный суд г.Тольятти в течение десяти дней со дня его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 23 декабря 2011 года.

Судья          Иванов А.Ю.


4.


РЕШЕНИЕ 

Именем Российской Федерации

27 сентября 2012 года Автозаводский районный суд г. Тольятти Самарской области в составе:

председательствующего судьи Новинкиной С.Е.,

при секретаре Картаузовой А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-6998/2012 по иску мэрии городского округа Тольятти к ФИО1, ФИО2 о признании доверенности недействительной, признании договора о безвозмездной передаче квартир в собственность недействительным, применении последствий недействительности сделок,

Установил:

Мэрия городского округа Тольятти обратилась в Автозаводский районный суд г. Тольятти с иском к ФИО1, ФИО2 о признании доверенности недействительной, признании договора о безвозмездной передаче квартир в собственность недействительным, применении последствий недействительности сделок, указав следующее.

07.12.2010 г. между мэрией г.о. Тольятти и ФИО5 был заключен договор о безвозмездной передаче в собственность квартиры, расположенной по адресу: г. Тольятти, Приморский бульвар, <адрес>. Решением Автозаводского районного суда г. Тольятти от 18.04.2011 г. данная квартира была включена в состав наследственной массы, открывшейся после смерти ФИО5

Договор от 07.12.2010 г. от имени ФИО5 был подписан ФИО4, действующей на основании доверенности, удостоверенной нотариусом г. Тольятти ФИО16

В декабре 2011 г. при рассмотрении гражданского дела № 2-3854/2011 по иску ФИО2, ФИО1 к ФИО17 о признании завещания недействительным, была проведена амбулаторная посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, которая установила, что ФИО5 на момент подписания завещания от 22.10.2010 г. не был способен к произвольному принятию решения и адекватному волеизъявлению, не мог понимать значения своих действий, руководить ими.

Доверенность на имя ФИО4 также была выдана ФИО5 в период временного расстройства, заявление о передаче квартиры в собственность в порядке приватизации в мэрию г.о. Тольятти ФИО5 не подавал.

Мэрия г.о. Тольятти просит суд признать недействительной доверенность от 22.10.2010 г., выданную ФИО5 по вопросам приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: г. Тольятти, Приморский бульвар, <адрес>, удостоверенную нотариусом г. Тольятти ФИО6, признать недействительным договор № 4695 от 07.12.2010 г. о безвозмездной передаче квартир в собственность ФИО5, применении последствий недействительности сделки в виде передаче квартиры в муниципальную собственность.

В судебном заседании 27 сентября 2012 г. представитель истца мэрии г.о. Тольятти ФИО7 на заявленных требованиях настаивала в полном объеме, в обоснование привела доводы, изложенные в заявлении.

Дополнительно пояснила, что единственным основанием к заявленным требованиям является проведенная по гражданскому делу 2-3854/2011 года посмертная судебно-психиатрическая экспертиза, которая дала заключение, что ФИО5 на момент подписания завещания 22.10.2010 г. не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. А так как и доверенность, выданная ФИО5 на имя ФИО4 выдана в этот же день - 22.10.2010 года, представитель истца полагает, что и в момент выдачи доверенности ФИО5также не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, соответственно данное заключение экспертизы необходимо принять как преюдициальное для рассмотрение заявленного требования и признать доверенность, подписанный от имени ФИО5договор о безвозмездной передачи квартиры в собственность недействительным и применить последствия, вернув квартиру в собственность муниципалитета.

Ответчики ФИО1, ФИО2, представитель ответчиков Гранат М.А., действующий на основании доверенности, против удовлетворения заявленных требований возражали, указали, что воля ФИО5 была направлена на приватизацию спорной квартиры еще задолго до выдачи им доверенности на имя ФИО4, о чем может свидетельствовать то обстоятельство, что в 2009 году, проживая со своей матерью, ФИО5 самостоятельно начал процедуру приватизации квартиры, 28.10.2009 г. лично подписал заявление на приватизацию, подал его в соответствующие органы, однако впоследствии заявление ему было возвращено в связи с истечением сроков справок в силу того, что ФИО9 действительно злоупотреблял спиртными напитками. После смерти матери ФИО5 оформил на себя договор социального найма. Опять же с целью приватизации и последующего размена квартиры ФИО5 21.10.2010 г. заключил договор с ООО «Лэнд недвижимость», после чего погасил всю задолженность по оплате коммунальных платежей. Таким образом, представитель ответчиков полагает, что ФИО5 предпринимал активные действия, направленные на приватизацию квартиры. Кроме того представитель ответчиков пояснил, что права Мэрии г.о.Тольятти при выдачи ФИО5 доверенности никоим образом не нарушены, соответственно Мэрия не вправе заявлять данное требование, так как согласно ст. 3 ГПК РФ только заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном ГПК обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В удовлетворении исковых требований мэрии г.о. Тольятти просили отказать.

Третье лицо ФИО17 в судебном заседании исковые требования мэрии г.о. Тольятти поддержала, суду пояснила, что экспертами сделан категоричный вывод о том, что 22.10.2010 г. ФИО5 был лишен возможности осознавать значение своих действий и руководить ими, следовательно, все сделки, совершенные им 22.10.2010 г., являются недействительными. Третье лицо указала, что следует критически отнестись к утверждениям ответчиков о том, что ФИО5 именно с целью приватизации обратился к риэлторам, ссылаясь при этом на договор от 21.10.2010 г., подписанный сотрудником ООО фирмы «ЛЭНД недвижимость» ФИО10 с ФИО5, поскольку из указанного договора об оказании посреднических услуг по обмену недвижимости видно, что ФИО5 обратился в ООО фирму «ЛЭНД недвижимость» для обмена имевшейся у него на праве социального найма жилплощади. Обмен жилплощади возможен как путем обмена неприватизированной жилплощади, так и путем приватизации с последующей продажей. Именно сотрудники ООО фирмы «ЛЭНД недвижимость» убедили ФИО5 приватизировать квартиру, в результате чего, им была выдана доверенность на приватизацию, он погасил задолженность по коммунальным услугам. Однако, по мнению третьего лица, сама по себе оплата задолженности по коммунальным услугам не свидетельствует о принятии ФИО5 активных действий по приватизации квартиры, поскольку коммунальные услуги должны оплачиваться ежемесячно. Третье лицо также указала, что из показаний свидетелей, допрошенный в судебных заседаниях по иному гражданскому делу, а именно по ее иску о включении имущества в состав наследственной массы, следует, что осенью 2010 г. ФИО5 постоянно находился в состоянии алкогольного опьянения, за своим внешним видом не следил, не отдавал отчет своим действиям, не был способен понимать значение своих действий, его настроение постоянно менялось, он был агрессивным либо инфантильным, легко внушаем. Кроме того, сам факт обращения ФИО5 с заявлением о приватизации в 2009 г. правового значения не имеет, т.к. приватизация квартиры состоялась именно на основании доверенности, выданной ФИО5 22.10.2010 г.

Третьи лица нотариусы г. Тольятти ФИО15 и ФИО16 в судебное заседание не явились. Представили заявление о рассмотрении дела в их отсутствие (л.д. 63, 65).

Свидетель ФИО11, допрошенный в судебном заседании, суду пояснил, что с ФИО5 он был знаком с 1970 г., вместе учились в школе. За неделю до смерти свидетель навещал ФИО5 Свидетель указал, что квартира, в которой проживал ФИО5, принадлежала его матери. В 2008 г. ФИО5 говорил свидетелю о том, что собирает документы для приватизации квартиры, поскольку ФИО5 хотел разъехаться с матерью. По мнению свидетеля, ФИО5 не удалось довести дело до конца из-за своего пьянства, однако все справки он собирал лично.

Свидетель ФИО12, допрошенная в судебном заседании, подтвердила, что после смерти ФИО13 ФИО5 говорил ей о своем намерении приватизировать спорную квартиру. ФИО5 лично собирал все справки в паспортном столе, а когда срок действия справок истекал, просил помочь ее в сборе документов.

Суд, выслушав стороны, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, оценивая собранные доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого доказательства в отдельности, а также в их совокупности, приходит к выводу о том, что заявленные требования не обоснованны и удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что 13.10.2009 г. ФИО13 выдала на имя ФИО5 доверенность на приватизацию жилого помещения, расположенного по адресу: г. Тольятти, Приморский бульвар, <адрес> (л.д. 71).

28.10.2009 г. ФИО5 обратился в мэрию г.о. Тольятти с заявлением о приватизации квартиры, расположенной по адресу: г. Тольятти, Приморский бульвар, <адрес> (л.д. 72).

ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 умерла, что подтверждается копией свидетельства о смерти (л.д. 75).

На основании распоряжения № 9460-р/4 от 07.09.2010 г. в договор социального найма были внесены изменения, квартиросъемщиком указан ФИО5 в связи со смертью матери (л.д. 74).

21.10.2010 г. ФИО5 заключил с ООО фирма «ЛЭНД недвижимость» договор об оказании посреднических услуг по обмену недвижимости - квартиры, расположенной по адресу: г. Тольятти, Приморский бульвар, <адрес> (л.д. 75-76).

Данные обстоятельства дают суду основания полагать, что ФИО5 предпринимал действия, направленные на приватизацию квартиры.

22.10.2010 г. ФИО5 выдал доверенность на приватизацию жилого помещения, расположенного по адресу: г. Тольятти, Приморский бульвар<адрес> (л.д. 29).

07.12.2010 г. между ФИО5 и мэрией г.о. Тольятти был заключен договор № 4685 о безвозмездной передаче квартиры в собственность (л.д. 9).

В ходе рассмотрения дела судом были допрошены свидетели, не доверять показаниям которых у суда оснований не имеется, которые подтвердили намерение ФИО5 приватизировать квартиру, расположенную по адресу: г. Тольятти, Приморский бульвар, <адрес>

Согласно ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом. Если из содержания оспоримой сделки вытекает, что она может быть лишь прекращена на будущее время, суд, признавая сделку недействительной, прекращает ее действие на будущее время.

Ч. 1 ст. 177 ГК РФ предусматривает, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Представитель истца в судебном заседании в качестве основания заявленных требований приводит доводы о том, что в момент выдачи доверенности и заключения договора о безвозмездной передаче квартиры в собственность ФИО5 находился в состоянии временного расстройства психической деятельности, лишающего его способности понимать значение своих действий и руководить ими, ссылаясь на проведенную в рамках иного гражданского дела, амбулаторную посмертную судебно-психиатрическую экспертизу, которая установила, что ФИО5 на момент подписания завещания 22.10.2010 г. (доверенность была им выдана также 22.10.2010 г.), не был способен к произвольному принятия решения и адекватному волеизъявлению и не мог понимать значение своих действий и руководить ими.

Представитель истца просит суд применить положения ст. 61 ГПК РФ и принять данное заключение судебно-психиатрической экспертизы как доказательства, не подлежащие доказыванию вновь, так как и завещание, и доверенность была выдана ФИО5 в одно и тоже время с разницей, как утверждает представитель истца, в несколько минут.

Иных доказательств, в обосновании заявленных требований, стороной истца суду предоставлено не было.

Вместе с тем, суд полагает, что данный довод представителя истца в данном случае не может быть принят судом во внимание и положен в основу удовлетворения заявленных Мэрией требований по следующим основаниям:

Суду не предоставлены надлежащие достоверные доказательства того, что оспариваемой доверенностью, выданной ФИО5 на имя ФИО4 на предоставление его интересов по вопросам приватизации жилого помещения, нарушены какие-либо права истца.

В соответствии со ст. 3 ГПК РФ только заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Применение в данном конкретном случае положений ст. 61 ГПК РФ не допускается, так как состав участников в рамках гражданского дела № 2-3854/2011 года по которому была проведена судебно-психиатрическая экспертиза, иной, чем в настоящем рассматриваемом деле. Мэрия г.о.Тольятти в качестве стороны в гражданском деле по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО17 о признании завещания недействительным, не являлась, чего не отрицала представитель истца в судебном заседании.

В соответствии со ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

Вывод суда по рассмотрению вопроса о признании завещания недействительными на основании судебно-психиатрической экспертизы сделаны в части совершения ФИО5 действий в момент составления завещания, и не могут являться значимыми при рассмотрении вопроса признания доверенности недействительной и признания недействительным договора о безвозмездной передачи квартиры в собственность.

Доводы представителя истца о том, что заявление о передаче квартиры в собственность ФИО5 в мэрию г.о. Тольятти не подавалось, а, учитывая, что в момент выдачи доверенности он не был способен к произвольному принятию решения и адекватному волеизъявлению, соответственно отсутствовала его воля на приватизацию занимаемого им жилого помещения, судом не принимаются, так как они противоречат установленным судом обстоятельствам, которые изложены выше, а именно установленные действия ФИО5, направленные на приватизацию квартиры начиная с октября 2009 г.

Кроме того, суд учитывает, что третье лицо ФИО17 полностью изменила свою позицию, ранее в гражданском деле № 2-3366/2011 года по ее иску к ФИО1, ФИО2 о включении имущества в состав наследственной массы и в рамках рассмотрения дела № 2-3854/2011 по иску ФИО2, ФИО1 к ФИО17 о признании завещания недействительным, она поясняла, что ФИО5 как в момент выдачи завещания, так и в момент выдачи доверенности, заключения договора о безвозмездной передачи квартиры в собственность, полностью был дееспособным, написание завещания была только его добрая воля, имел намерения приватизировать квартиру, с чем обратился в ее компанию «Лэнд Недвижимость», однако в рассматриваемом деле поясняла, что умерший не мог в момент выдачи юридически значимых документов отдавать отчет своим действиям и руководить ими. На вопрос суда, почему так поменялось мнение, ФИО17 поясняла, что о том, что ФИО5 не понимал значение своих действий, ее убедили судебные акты по состоявшимся решениям судов.

Суд не может согласиться с данной позицией и полагает, что в данном случае в действиях третьего лица имеет место быть злоупотребление правом, в части того, что именно по ее письменному заявлению в мэрию, как поясняла представитель истца, мэрией и была инициирована подача искового заявления в суд о признании доверенности и признании договора о безвозмездной передачи квартиры в собственность недействительными и применении последствий недействительности сделок.

С учетом изложенных обстоятельств суд полагает, что требования мэрии г.о. Тольятти удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 167, 177 ГК РФ, ст.ст. 56, 86, 194-199, 320-326 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований мэрии городского округа Тольятти к ФИО1, ФИО2 о признании доверенности от 22.10.2010 года, выданной ФИО5 по вопросу приватизации жилого помещения, расположенного по адресу: г. Тольятти Приморский бульвар, <адрес>, удостоверенной нотариусом ФИО16 (зарегистрированной в реестре № 2823) недействительной, признании договора № 4695 от 17.12.2010 г. о безвозмездной передаче квартиры по указанному адресу в собственность ФИО5 - недействительным, применении последствий недействительности сделок - отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме в Самарский областной суд через Автозаводский районный суд г. Тольятти путем подачи апелляционной жалобы.

Решение в окончательной форме изготовлено 10.10.2012 года.

Судья                                                  С.Е. Новинкина


5.

Р ЕШ Е Н И Е

Именем Российской Федерации

27 декабря 2016 года Центральный районный суд <адрес>, в составе: председательствующего Соболева Ж.В.,

при секретаре Ирлица И.П.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску Розлована ФИО27 к Коркиной ФИО26 о признании договора дарения недействительным,

у с т а н о в и л:

Истец обратился в суд с иском, в котором просил признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между ФИО3 и ФИО2, в отношении жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. В обоснование исковых требований указал, что ФИО3 является его бабушкой, которая умерла ДД.ММ.ГГГГ. После её смерти открылось наследство, состоящее в том числе из жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>. Наследниками по закону, по праву представления, являются истец и ответчик. После смерти ФИО3 истец к нотариусу не обращался, так как фактически принял наследство, поскольку зарегистрирован и проживает в данном жилом доме, несет расходы по его содержанию. В январе 2016 года истец узнал, что ответчик намерена продать дом, и попросила его сняться с регистрационного учета, с чем истец не согласен, поскольку в данном доме ему принадлежит доля в порядке наследования. Ответчик в свою очередь пояснила, что является единственным собственником жилого дома на основании договора дарения. О данном договоре истцу известно ранее не было. Считает договор дарения недействительным, поскольку на момент его заключения ФИО3 не могла понимать значение своих действий и руководить ими, в последние годы в силу своего возраста она страдала психическим расстройством, не узнавала своих родственников, не могла самостоятельно себя обслуживать, нуждалась в постоянной помощи и поддержке, состояла на учете в ТПНД, где наблюдалась и проходила лечение с диагнозом слабоумие.

В судебном заседании истец и его представитель Гудов Г.Н., действующий на основании доверенности, исковые требования поддержали по основаниям указанным в иске. Дополнили их, пояснив суду, что в период рассмотрения заявления ФИО3 по факту мошенничества с ее пенсией, бабушка подписывала бумаги автоматически, не читала документы, которые подписывает, при этом ФИО3 сама никуда не ходила, бумаги подписывала и носила ответчица. Просят удовлетворить заявленные требования.

Ответчик и его представитель Гранат М.А., действующий на основании доверенности, с исковыми требованиями не согласились, суду пояснили, что истец не мог не знать о том, что в 2012 г. состоялся переход права, т.к. он осуществлял расходы по содержанию дома. В августе 2012 г. поставщик направлял почту на имя ФИО2, поэтому истец должен был знать, что собственником дома является Коркина А.А., лицевой счет был переоформлен на ответчика еще до смерти ФИО3 Платежи выставлялись на Коркину А.А., а получал квитанции истец, проживая в доме. В 2010 г. сделкоспособность ФИО3 была проверена нотариусом, так как ФИО3 составляла завещание на дом в пользу Митровых, а в последствии, его отменила. В июне 2012 года ФИО3 обращалась в органы ЗАГС для получения повторного свидетельства о смерти своего супруга. В 2012 году после договора дарения ФИО3 подавала заявление в ОП № по поводу махинации с её пенсией, уголовное дело рассматривалось в суде и говорить о том, что она была недееспособной нельзя. Кроме того, полагают, что истец пропустил срок исковой давности, поскольку об отсутствии спорного дома в составе наследства должен был узнать ДД.ММ.ГГГГ, в день смерти наследодателя, однако иск им был подан только ДД.ММ.ГГГГ. Просят в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо ФИО8 в судебном заседании иск не признала. Суду пояснила, что ФИО3 её бабушка, стороны брат и сестра. В последнее время за бабушкой присматривала ответчик. Бабушка была полностью вменяемой, она всегда узнавала своих родственников, и она навещала бабушку раз в неделю до её смерти. Осенью 2012 г. приехал истец. Про договор дарения дома ей было известно сразу со слов ФИО2 Весной 2013 г., после смерти бабушки, в присутствии ФИО2 и Розлована В.А. обсуждался вопрос о продаже дома и разделе денежных средств. Вопрос о том, что собственником дома уже является Коркина А.А., не затрагивали. Против продажи дома никто не возражал, деньги с продажи дома планировали разделить на троих, поскольку еще у одного внука ФИО10 есть в собственности свой дом. Решение ФИО9 о дарении было самостоятельным, никто не уговаривал ее и не принуждал.

Третье лицо Борисов В.В. о времени и месте судебного заседания извещен, в судебное заседание не явился, своего представителя не направил.

Выслушав объяснения сторон, показания свидетелей, исследовав материалы дела, суд считает иск необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

В соответствии со ст. 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Согласно ч. 1 ст. 572 Гражданского кодекса РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно ст. 166 ГК РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такового признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе.

Согласно ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

С учетом изложенного неспособность дарителя в момент составления договора дарения квартиры понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания данного договора недействительным, поскольку соответствующее волеизъявление по распоряжению имуществом на момент совершения спорной сделки отсутствует.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у дарителя в момент совершения сделки дарения, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

<данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО2 заключен договор дарения, в соответствии с которым ФИО3 безвозмездно передала (подарила) ФИО2 принадлежащие на праве собственности земельный участок площадью 571,00 кв.м, с расположенным на нем жилым домом, общей площадью 51,50 кв.м., по адресу: <адрес>, а Коркина А.А. приняла в дар земельный участок и жилой дом. ДД.ММ.ГГГГ договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован в Управлении Росреестра по <адрес>, ФИО2 выдано свидетельство о государственной регистрации права. Данные обстоятельства подтверждаются копией договора дарения, свидетельством о государственной регистрации прав.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ г.р.) умерла, что подтверждается свидетельством о смерти.

Истец просит признать договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным по основанию того, что в последние годы жизни ФИО3 страдала психическим расстройством, состояла на учете в ТПНД, где наблюдалась и проходила лечение с диагнозом слабоумие. ФИО3 на момент подписания договора дарения не понимала значение своих действий, не могла ими руководить.

Ответчик, оспаривая требования истца, пояснила, что до самой смерти ФИО3 находилась в здравом уме и памяти, так в 2010 году сделкоспособность ФИО3 была проверена нотариусом, а в 2012 году ФИО3, уже после заключения договора дарения, обращалась в полицию с заявлением о мошенничестве с ее пенсией, на основании которого было возбуждено уголовное дело, судом по нему было принято решение. Поэтому оснований считать ФИО3 недееспособной не имеется.

В ходе судебного разбирательства по ходатайству сторон были допрошены свидетели.

ФИО11 суду пояснил, что его супруга является родственницей ФИО2 Ему было известно о том, что ФИО3 подарила дом ФИО2 еще при жизни ФИО3 Когда они с супругой навещали ФИО12 она их всегда узнавала. Последний раз он видел ФИО3 в 2012 г. Она была рассудительна, вменяема, всегда их узнавала, у неё болели ноги. Также ему известно, что ФИО3 писала завещание на Митровых, а потом его отменила. Коркина А.А. проживала в доме с ФИО3 в 2010 – 2011 г., ухаживала за ней, помогала готовить пищу, стирала, покупала продукты. Они с супругой приезжали к ним по выходным и праздникам.

ФИО13 суду пояснила, что ей известно о дарении ФИО3 дома своей внучке ФИО2, который ранее был завещан. Они часто с супругом навещала ФИО3, она всегда их узнавала, была адекватна, опрятна, Коркина А.А. помогала ей мыться. ФИО3 рассказывала ей о подаче заявления в ОП № по факту мошенничества.

ФИО14 суду пояснила, что в период с 2000 г. по 2014 г. дружила с Митровым, который приходится двоюродным братом сторон. В период с 2000 г. по 2010 г. она часто приходила в дом к ФИО3 В августе 2012 г. она навещала ФИО3, в доме была Коркина А.А. ФИО3 узнала её сразу, она была опрятна, занималась огородом. При общении она не заметила каких-либо странностей в её поведении, психических отклонений. ФИО3 всегда говорила, что Коркина А.А. её любимая внучка. Коркина А.А. ухаживала за ней, готовила пищу, покупала продукты. У ФИО3 болели ноги, ей было тяжело ходить. После смерти ФИО3 она встречала истца, который ей рассказал, что пришла квитанция на имя ФИО2 и он решил, что, наверное, Коркина А.А. получила дом от бабушки.

ФИО15 суду пояснила, что проживает в <адрес> с 1970 г. Знала ФИО3, часто общались. У ФИО3 была мечта разделить дом на всех внуков. Она приняла решение выделить дом одному, которому доверяла. О дарении дома она знала еще при жизни ФИО3 Странностей в поведении ФИО3 она никогда не замечала, она всегда узнавала её, но она была слабенькой, у неё болели ноги.

ФИО16 суду пояснила, что проживает в <адрес>, знала ФИО3, которая являлась бабушкой истца. Ответчика не знает, и никогда не видела. Она общалась с ФИО3 на улице, в доме у неё никогда не была. Последнее время ФИО3 перестала её узнавать. Когда она проходила мимо её дома и спрашивала, не нужна ли какая-либо помощь, ФИО17 спрашивала «А ты кто?». Также ФИО3 не узнавала и её маму.

ФИО18 пояснила, что работает в ТПНД, ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 была на приеме со своим внуком. Она жаловалась на головные боли, головокружение «как с похмелья», часто падает, рассеянная, забывчивая, «как ребенок доверчивая». Со слов внука, в течение последних трех лет прогрессировало ухудшение памяти, теряет вещи, документы, путает либо периодически не узнает родственников, выгоняет из дома. Внук планирует переехать к бабушке. Внешне, бабушка была приятной, доброжелательной, опрятной, сознание ясное. На приеме она смогла назвать свою фамилию, имя, отчество, дату своего рождения, но не смогла назвать свой возраст, текущих дат. Сообщила, что голова не работает, старенькая, слух снижен, но всегда осмысливает вопросы. Тест на память и интеллект она не смогла пройти, от 100 не смогла вычесть 13, словарный запас обеднен. После осмотра ФИО3 был поставлен диагноз ОЗГМ на фоне церобросклероза с нарастающим слабоумием (дименцией). Ей был назначен противодементный препарат, повторный осмотр ее был ДД.ММ.ГГГГ также в сопровождении внука. Она понимала, что находится в поликлинике, но профиль не знала. В ходе беседы бабушка постоянно поворачивалась к внуку и просила его отвечать на вопросы, которые ей задают, в процессе беседы называла внука другим именем. Деменция резко развивается только после инсульта, а в старческом возрасте – постепенно, в течении трех лет. Первый признак - это рассеянность, невнимательность, нарушение памяти. Слабоумие это текущий органический процесс, человек нуждается в постороннем уходе в силу возрастных ухудшений.

ФИО19 участковой врач ТГП № 1 суду пояснила, что стороны проживают на участке, который она обслуживает. ФИО3 помнит, она проживала по адресу: <адрес>. Иногда, проходя мимо её дома, она видела её в огороде, её дочь часто вызывала врача. Она помнит ФИО3 как добрую, опрятную, она всегда узнавала её. Оснований полагать, что она нуждалась в психиатрической помощи, не было. В доме всегда кто-то был из родственников. Инсульт ФИО3 не переносила. Были жалобы на высокое давление, головокружение, по её мнению ФИО3 забывала принимать препараты. Родственников ФИО3 называла правильно.

Из материалов дела следует, что ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения осматривалась врачом-психиатром ГБУЗ СО «ТПНД» ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом ОЗГМ на фоне церебросклероза со слабоумием, назначались противодементные препараты.

В соответствии с п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 11 "О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству" во всех случаях, когда по обстоятельствам дела необходимо выяснить психическое состояние лица в момент совершения им определенного действия, должна быть назначена и проведена судебно-психиатрическая экспертиза, например, при рассмотрении дел о признании недействительными сделок по мотиву совершения их гражданином, не способным понимать значение своих действий и руководить ими.

В судебном заседании истец заявил ходатайство о проведении судебно-психиатрической экспертизы ФИО3 (посмертной), на разрешение экспертов просил поставить вопросы могла ли ФИО3 понимать значение и характер своих действий на момент составления и подписания договора дарения, руководить ими.

По ходатайству стороны истца судом были назначены судебно-психиатрическая экспертиза ФИО3 (посмертная).

Согласно заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № ФИО3 при жизни страдала хроническим психическим расстройством, а именно: легким когнитивным расстройством, обусловленным сосудистым заболеванием головного мозга (F 06.71 по МКБ 10).Об этом свидетельствуют данные о наличии у нее в течение многих лет сосудистой патологии (атеросклероз сосудов головного мозга, хроническая недостаточность мозгового кровообращения, симптоматическая гипертензия, ИБС с экстрасистолией). Указанное заболевание проявлялось волнообразным течением, медленным нарастанием энцефалопатии с интеллектуально-мнестическим снижением, вестибулоактическим и астено-невротическим синдромами (головные боли, головокружения, шаткость при ходьбе, общая слабость, быстрая утомляемость, прогрессирующее снижение памяти и т.п.), что подтверждается записями в медицинской документации и показаниями свидетелей. Установленный врачом-психиатром диагноз в части: «нарастающая лакунарная деменция», экспертная комиссия считает необоснованным, т.к. был установлен на основании сведений, изложенных только внуком, сопровождавшим бабушку, и всего двух осмотров, без учета соматоневрологического состояния и объективного регулярного освидетельствования ФИО25, что не дало возможность оценить поведение ФИО3 в остальное время. По современным научным данным под деменцией (слабоумием) понимается стойкое малообратимое ослабление психической деятельности, ее обеднение и упадок. Проявляется оно ослаблением памяти, снижением интеллекта и чувственным оскудением. Указанные врачом-психиатром выраженные нарушения памяти, интеллекта, эмоционально-волевые нарушения, нарушения навыков самообслуживания носили временный характер. В остальное время поведение ФИО3 было последовательным, целенаправленным и не сопровождалось значительным волевыми нарушениями. Об этом свидетельствует показаниями свидетелей, из которых видно, что ФИО3 самостоятельно посещала ЗАГС для получения повторного свидетельства о смерти своего мужа, она заметила «махинации» со своей пенсией, и, отстаивая свои права, обратилась в полицию, участвовала в судебно-следственных действиях, в судебном заседании помирилась с обидчиками. Вместе с тем, в материалах гражданского дела, несмотря на то, что в судебных заседаниях была получена вся возможная информация, не содержится убедительного описания психического состояния ФИО3 на ДД.ММ.ГГГГ. В медицинской документации нет описания ее психического состояния. Истец и свидетель ФИО16, указывая на появившиеся, текущие волнообразные и усиливающиеся со временем, психические нарушения, отмечая, что в «последнее время» ФИО25 их не узнавала, не описывают в каком психическом состоянии находилась подэкспертная непосредственно на момент написания дарственной ДД.ММ.ГГГГ. Отмеченные врачом – психиатром вышеуказанные выраженные нарушения психической деятельности, достигающие психотического уровня, оцененные экспертной комиссией как временные, могли быть обусловлены различными причинами, наиболее вероятные их которых – это временные выраженные подъемы артериального давления. На это указывают показания врача-терапевта о том, что ФИО25 «жаловалась» на высокое давление». Ответчик и другие свидетели утверждающие, что она была психически здорова, нигде полностью не разъясняют, в чем это здоровье заключалось, и также не описывают поведение ФИО25 ДД.ММ.ГГГГ. К тому же показания свидетелей порой носят противоречивый характер. Поэтому в данном случае возможно вынесение лишь вероятного заключения, то есть вышеописанные факторы позволяют предположить, что в момент написания дарственной ДД.ММ.ГГГГ имеющееся психическое расстройство не обуславливало у ФИО3 полного нарушения социальной адаптации, ее поведение оставалось целенаправленным, а заключенная имущественная сделка отражала правильный учет и критическое осмысление сложившейся ситуации. Решение подарить своей внучке ФИО2 земельный участок с домом носило не спонтанный характер, а продуманный, целенаправленный характер и являлось ее волеизъявлением. Об этом говорят показания свидетелей, что «решение ФИО3 о дарении было самостоятельным, никто не уговаривал ее и не принуждал» (ФИО8), «У ФИО20 была мечта разделить дом на всех ее внуков. Она приняла решение выделить дом на одного человека, которому доверяла» (ФИО21). «ФИО3 всегда говорила, что Коркина А.А. ее любимая внучка» (ФИО14). «О дарении дома» свидетель ФИО22 знала еще при жизни ФИО3 То есть момент подписания дарственной ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО2 у ФИО3 нарушения памяти, интеллекта и эмоционально-волевые нарушения были выражены незначительно и не ограничивали ее способность понимать значение своих действий, прогнозировать их последствия и руководить ими.

Стороной ответчика выводы, изложенные в заключение судебно-психиатрической комиссии экспертов от ДД.ММ.ГГГГ № не оспорены, у суда оснований не доверять заключению комиссии экспертов не имеется, поскольку оно является допустимым по делу доказательством, содержит подробное описание проведенного исследования, экспертиза проведена экспертами в соответствии с требованиями Федерального закона "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения.

При указанных обстоятельствах суд считает, что истцом не представлено достоверных и допустимых доказательств однозначно подтверждающих, что имеющиеся у ФИО3 недостатки в состоянии здоровья, ее заболевание повлекли ее неспособность понимать значение своих действий и руководить ими в момент составления договора дарение от ДД.ММ.ГГГГ, наличие порока ее воли. Объяснения истца, как разновидность доказательств согласно статье 55 ГПК РФ, не могут быть приняты достаточными для удовлетворения его требований по делу.

Из показаний свидетелей, допрошенных судом, безоспоримо установлено то обстоятельство, что ФИО3 на момент составления договора дарения находилась в нормальном состоянии, ориентировалась в окружающем, осознавала каким имуществом владеет, совершала целенаправленные действия сообразно ситуации. При этом ФИО3 имела намерение подарить дом именно ответчику, поскольку Коркина А.А. была ее любимой внучкой и она ей доверяла, что следует из пояснений свидетелей ФИО21, ФИО14 Таким образом, все действия ФИО3 достоверно свидетельствуют о ее волеизъявлении на распоряжение принадлежащей ей жилым домом по адресу: <адрес> - ее воля была направлена на дарение жилого дому ответчику.

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности, а именно: показания допрошенных в судебном заседании свидетелей, заключение судебной психиатрической экспертизы, суд считает, что оснований для признания договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным не имеется, поскольку в момент составления и подписания договора ФИО3, даритель, не обнаруживала такого состояния, которое лишало бы ее способности понимать значение своих действий и руководить ими, поэтому исковые требования в этой части удовлетворению не подлежат.

Представителем ответчика до принятия решения по делу заявлено о пропуске истцом срока исковой давности и применении последствий пропуска срока исковой давности.

Согласно п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 73 Постановлением Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 года N 9 "О судебном практике по делам о наследовании", наследники вправе обратиться в суд после смерти наследодателя с иском о признании недействительной совершенной им сделки, в том числе по основаниям, предусмотренным статьями 177, 178 и 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если наследодатель эту сделку при жизни не оспаривал, что не влечет изменения сроков исковой давности, а также порядка их исчисления.

Вопрос о начале течения срока исковой давности по требованиям об оспоримости сделки разрешается судом исходя из конкретных обстоятельств дела (например, обстоятельств, касающихся прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых наследодателем была совершена сделка) и с учетом того, когда наследодатель узнал или должен был узнать об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как видно из дела, оспариваемый договор дарения был оформлен ДД.ММ.ГГГГ, право собственности ответчика на спорное имущество было зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ. Поскольку даритель ФИО3 принимала личное участие в заключении данного договора, то начало течения срока исковой давности в данном случае надлежит исчислять с ДД.ММ.ГГГГ, в этой связи срок для предъявления требований о применении последствий недействительности сделки в настоящем споре истек ДД.ММ.ГГГГ, в то время как истец предъявил настоящий иск ДД.ММ.ГГГГ т.е. с пропуском установленного законом срока для обращения в суд за защитой нарушенного права.

При этом довод истца о том, что ему стало известно об обстоятельствах, изложенных в иске, только в январе 2016 года после того как ответчик решила продать дом, не имеет правового значения, поскольку в данном случае истцом не представлено доказательств, исключающих невозможность узнать о том, что спорное имущество ему не принадлежит, в течение одного года с момента подписания документов. Напротив, из представленных суду документов видно, что после оформления договора дарения и регистрации права собственности, бремя содержания имуществом, связанное с оплатой коммунальных услуг перешло к ФИО2 Так, ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО2 ООО «Волжские коммунальные сети» открыло лицевой счет для оплаты за водоснабжение №, ДД.ММ.ГГГГ с ФИО2 был заключен договор на техническое обслуживание внутридомового газового оборудования, в связи с чем во всех платежных документах Коркина А.А. указывалась в качестве плательщика. Поэтому истец, проживая в доме и получая платежные документы, был надлежаще об этом осведомлен. Кроме того, о факте смерти ФИО23 и наличии у нее имущества – жилого дома, истцу было известно, следовательно, он мог узнать и о договоре дарения, и о судьбе наследственного имущества, обратившись к нотариусу, что сделано не было.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ, с учетом разъяснений п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 12,56,98,194-199 ГПК РФ, суд,

решил:

В удовлетворении исковых требований Розловану В.А. к Коркиной А.А. о признании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ недействительным - отказать.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд через Центральный районный суд г. Тольятти в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: подпись Соболева Ж.В.

<данные изъяты>

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ



Еще статьи


герб_ср размер.jpg
www.granatmaxim.ru